За что на самом деле казнили степана разина. Степан Разин: борьба за вольную жизнь

Чумной бунт, восстание Пугачева, хованщина и другие кровавые события русской истории, рассказанные русскими и (особенно) советскими художниками

1. Соляной бунт произошел в Москве 1 (11) июня 1648 года. Причина - недовольство политикой боярина Бориса Морозова, который вместе с Ильей Милославским был регентом при Алексее Романове и фактически руководил государством. В частности, правительство ввело косвенный налог на соль, которая подорожала с пяти копеек до двух рублей серебром за пуд.

Соляной бунт. Картина Эрнеста Лисснера. 1938 год Wikimedia Commons

За что на самом деле казнили степана разина. Степан Разин: борьба за вольную жиз - иллюстрация 1
Содержание
  1. Н.И.Костомаров
  2. (продолжение)
  3. Казнь Степана Разина. Картина С. Кириллова , 1985-1988

2. Медный бунт произошел в Москве 25 июля (4 августа) 1662 года. Причины: повышение налогов в годы Русско-польской войны (1654-1667), а также обесценивание медных монет по сравнению с серебряными: за один рубль серебром стали давать 17 рублей медью.

Медный бунт. Картина Эрнеста Лисснера. 1938 год Wikimedia Commons

3. Восстание под предводительством Степана Разина, начавшееся в апреле 1670 года, перешло в войну (1670-1671) крестьян и казаков с царскими войсками. Причины: окончательное закрепощение крестьянства, рост налогов, а также ограничение казачьей вольницы. Война окончилась поражением восставших, которые подверглись жестокой расправе: за три месяца палачи казнили 11 тысяч человек.

За что на самом деле казнили степана разина. Степан Разин: борьба за вольную жиз - иллюстрация 2

Степан Разин. Картина Василия Сурикова. 1903-1907 годы Wikimedia Commons

За что на самом деле казнили степана разина. Степан Разин: борьба за вольную жиз - иллюстрация 3

Степан Разин на Волге. Картина Гавриила Горелова. 1924 год Wikimedia Commons

За что на самом деле казнили степана разина. Степан Разин: борьба за вольную жиз - иллюстрация 4

Степан Разин в Саратове. Картина Сергея Бузулукова. 1952 год Wikimedia Commons

4. Стрелецкий бунт (хованщина) произошел в Москве 5 (15) мая 1682 года. Причины: притеснения стрелецкого войска со стороны старших командиров, понижение статуса стрельцов до городской полиции, а также нерегулярная выплата жалованья. Поводом для начала восстания послужил слух о том, что Иван Нарышкин задушил царевича Ивана Алексеевича (будущего Ивана V).

За что на самом деле казнили степана разина. Степан Разин: борьба за вольную жиз - иллюстрация 5

Стрелецкий бунт. Картина Николая Дмитриева-Оренбургского. 1862 год Wikimedia Commons

За что на самом деле казнили степана разина. Степан Разин: борьба за вольную жиз - иллюстрация 6

Мятеж стрельцов в 1682 году. Картина Алексея Корзухина. 1882 год Wikimedia Commons

5. Стрелецкий бунт произошел в Москве 27 мая (6 июня) 1698 года. Причины: изнурительные Азовские походы (1695-1696) и тяготы службы в пограничных городах. В восстании приняли участие около двух тысяч стрельцов, которые требовали возвести на престол царевну Софью Алексеевну.

За что на самом деле казнили степана разина. Степан Разин: борьба за вольную жиз - иллюстрация 7

Утро стрелецкой казни. Картина Василия Сурикова. 1881 год Wikimedia Commons

6. Чумной бунт произошел в Москве 15 (26) сентября 1771 года. Причина - эпидемия чумы, занесенной во время русско-турецкой войны. Эпидемия, начавшаяся в ноябре 1770 года, постепенно расширялась, а в августе 1771-го смертность достигла тысячи человек в день.

За что на самом деле казнили степана разина. Степан Разин: борьба за вольную жиз - иллюстрация 8

Чумной бунт. Картина Эрнеста Лисснера. 1930-е годы Wikimedia Commons

7. Пугачевский бунт начался 17 (28) сентября 1773 года и вскоре перешел в крестьянское восстание под предводительством Емельяна Пугачева. Причины: потеря казаками вольностей, введение царской монополии на соль и жесточайшая религиозная политика. Восстание закончилось поражением смутьянов, а Пугачева, как и Стеньку Разина, казнили и предали анафеме.

За что на самом деле казнили степана разина. Степан Разин: борьба за вольную жиз - иллюстрация 9

Суд Пугачева. Картина Василия Перова. 1875 год Wikimedia Commons

За что на самом деле казнили степана разина. Степан Разин: борьба за вольную жиз - иллюстрация 10

Пугачев на Соколовой горе. Картина Василия Фомичева. 1949 год Wikimedia Commons

За что на самом деле казнили степана разина. Степан Разин: борьба за вольную жиз - иллюстрация 11

Казнь Пугачева. Картина Виктора Маторина. 2000 год Wikimedia Commons

8. Восстание декабристов произошло в Петербурге 14 (26) декабря 1825 года. Причина - разочарование в надеждах, связанных с ограничением монархической власти и отменой крепостного права. Декабристы собирались помешать войскам и Сенату принести присягу новому царю Николаю Павловичу.

За что на самом деле казнили степана разина. Степан Разин: борьба за вольную жиз - иллюстрация 12

Восстание 14 декабря 1825 года на Сенатской площади. Рисунок Карла Кольмана. 1830-е годы Wikimedia Commons

За что на самом деле казнили степана разина. Степан Разин: борьба за вольную жиз - иллюстрация 13

Восстание декабристов. Картина Василия Тимма. 1853 год Wikimedia Commons

За что на самом деле казнили степана разина. Степан Разин: борьба за вольную жиз - иллюстрация 14

Декабристы. Картина Семена Левенкова. Около 1950 года Wikimedia Commons

9. Восстание на броненосце "Князь Потемкин-Таврический" произошло 14 (27) июня 1905 года. Причина - обостренная обстановка внутри Российской империи, связанная с Русско-японской войной (1904-1905), а также разгоном рабочего шествия у Зимнего дворца (9 января 1905 года). Поводом для стихийного выступления матросов послужило несвежее мясо, из которого должны были варить борщ.

За что на самом деле казнили степана разина. Степан Разин: борьба за вольную жиз - иллюстрация 15

Восставшие потемкинцы выносят на берег тело погибшего Григория Вакуленчука. Картина Леонида Мучника. 1949 год Wikimedia Commons

За что на самом деле казнили степана разина. Степан Разин: борьба за вольную жиз - иллюстрация 16

Вооруженное восстание на броненосце "Князь Потемкин-Таврический". Картина Петра Фомина. 1952 год Wikimedia Commons

За что на самом деле казнили степана разина. Степан Разин: борьба за вольную жиз - иллюстрация 17

Восстание на броненосце "Потемкин". Картина Петра Страхова. 1957 год Wikimedia Commons

Степан Тимофеевич Разин, известный также как Стенька Разин; (около 1630 года, станица Зимовейская на Дону, Русское царство - 6 (16) июня 1671, Москва, Русское царство) - донской казак, предводитель восстания 1670-1671 годов, крупнейшего в истории допетровской России.

Личность Разина привлекала огромное внимание современников и потомков, он стал героем фольклора, а затем - и первого российского кинофильма. По-видимому, первый русский, о котором на Западе была защищена диссертация (причём уже через несколько лет после его смерти).

Родился в станице Зимовейская, там же позднее родился Емельян Пугачёв, в настоящее время станция Пугачёвская Котельниковского района Волгоградской области.

На страницах истории Разин является в 1652 году. К этому времени он был уже атаманом и действовал, как один из двух полномочных представителей донского казачества; по-видимому, военный опыт и авторитет его в кругу донцов был к этому времени уже велик. Видным казачьим предводителем был также старший брат Разина Иван. В 1662-1663 годах Степан командует казачьими войсками в походах против Крымского ханства и Османской империи.

В 1665 году царский воевода князь Ю. А. Долгоруков во время одного из конфликтов с донскими казаками, желающими во время несения царской службы уйти на Дон, велел казнить Ивана Разина, старшего брата Степана. Это событие повлияло на дальнейшую деятельность Разина: стремление отомстить Долгорукову и царской администрации соединилось с желанием вольной и благополучной жизни для казаков, находившихся под его началом. Вскоре, по-видимому, Разин решил, что казацкий военно-демократический строй следует распространить на всё Российское государство.

Разинское движение 1667-1671 годов было результатом обострения социальной обстановки в казачьих областях, прежде всего на Дону, в связи с притоком беглых крестьян из внутренних уездов России после принятия Соборного уложения 1649 года и полного закрепощения крестьян. Пришедший на Дон становился казаком, но он, в отличие от многих "старых" казаков, не имел корней в крае, не располагал имуществом, назывался "голутвенным" казаком, и, стоя особняком от казаков старожилых и коренных, с неизбежностью тянулся к такой же голытьбе, как и он сам.

С ними он ходил в воровские походы на Волгу, куда тянула нужда и стремление к столь необходимой для казака славе. "Старые" казаки тайно снабжали голытьбу всем необходимым для воровских походов, а те по возвращении отдавали им часть своей добычи. Поэтому воровские походы были делом всего казачества - донского, терского, яицкого. В них происходило сплочение голытьбы, осознание ею своего особого места в рядах казачьего сообщества.

По мере своего численного увеличения за счет вновь прибывавших беглых людей она все активнее заявляла о себе.

В 1667 году предводителем казаков стал Степан Тимофеевич Разин. Всего весной 1667 года вблизи Волго-Донской переволоки у городков Паншина и Качалина собралось 600-800 казаков, но к ним прибывали все новые люди и число собравшихся возросло до 2000 человек.

По своим целям это был обычный казачий поход "за зипунами", с целью взятия военной добычи. Но он отличался от аналогичных предприятий своими масштабами. Поход распространился на нижнюю Волгу, на Яик и в Персию, носил характер неповиновения правительству и блокировал торговый путь на Волгу. Все это неизбежно вело к столкновениям столь крупного казачьего отряда с царскими воеводами и к превращению привычного похода за добычей в восстание, поднятое казацкой голытьбой.

Поход начался 15 мая 1667 года. Через реки Иловля и Камышенка разинцы вышли на Волгу, выше Царицына они ограбили торговые суда гостя В. Шорина и других купцов, а также суда патриарха Иоасафа. Казаки расправлялись с начальными людьми и приказчиками и принимали к себе судовых ярыжных людей. Все это ещё находилось в пределах того, что обычно делали казаки на Волге. Но последующие действия разинцев вышли за рамки обычного казачьего воровства и превратились в антиправительственное выступление. Это - разгром стрельцов во главе с воеводой Чёрного Яра С. Беклемишевым на протоке Бузан, а затем - взятие Яицкого городка.

Зиму разинцы провели на Яике, а весной 1668 года вышли в Каспийское море. Ряды их пополнялись казаками, прибывшими с Дона, а также черкасами (жители северного Кавказа) и жителями русских уездов. На Каспии вблизи персидского города Решта у казаков произошел бой с шахскими силами. Бой был тяжелый, и разинцам пришлось вступить в переговоры. Но прибывший к шаху Сулейману посланник русского царя Пальмар привез царскую грамоту, где сообщалось о выходе в море воровских казаков.

В грамоте предлагалось персам, чтобы они "побивали бы их везде и смертию уморяли без пощады". Переговоры с казаками были прерваны. По приказу шаха казаков перековали, а одного затравили собаками. В ответ разинцы взяли Фарабат. Они зимовали близ него, сделав укрепленный городок.

Весной 1669 года казаки выдержали несколько боёв в "Трухменской земле", где погиб друг Разина Сергей Кривой, а затем у Свиного острова вблизи Баку (?) подверглись нападению большого шахского флота под командованием Мамед-хана астаринского - произошло сражение, вошедшее в историю под названием Бой у Свиного острова. Сафавиды сцепили свои суда цепями, чтобы окружить казачий флот. Казаки воспользовались этой ошибкой и пустили ко дну флагманский корабль противника, после чего уничтожили весь его флот.

Именно в этом сражении (у Свиного острова) в плен к разинцам попали сын и дочь командующего персидским флотом - дочь и была той персидской княжной, которую Степан Разин, впоследствии, как поётся в известной песне "Из-за острова на стрежень...", бросил с корабля в воду. Но и после победы положение казаков оставалось сложным. Следовало ожидать подхода новых сафавидских сил. Поэтому разинцы отправились к Астрахани.

Вступив в переговоры с астраханскими воеводами, Степан Разин добился того, что его с почётом принимал главный воевода князь И. Прозоровский и пропускал на Дон, а казаки должны были отдать пушки, пленных и часть добытой в походе рухляди. Но казаки уклонились от выполнения своих обещаний. В сентябре они прибыли на Дон.

Основная статья: Крестьянская война под предводительством Степана Разина

Весной 1670 года Разин организовал новый поход на Волгу, имевший уже характер открытого восстания. Он рассылал "прелестные" прельстительные) письма, в которых призывал на свою сторону всех ищущих воли и желающих служить ему.Он не собирался(по крайней мере, на словах) свергать царя Алексея Михайловича, однако объявил себя врагом всей официальной администрации - воевод, дьяков, представителей церкви,обвинив их в "измене" царю.

Разинцы распустили слух, что в их рядах находятся царевич Алексей Алексеевич (в действительности умерший в Москве 17 января 1670) и патриарх Никон (в то время находившийся в ссылке). Во всех занятых разинцами городах и крепостях вводилось казачье устройство, представителей центральной власти убивали, канцелярские бумаги уничтожались. Купцов, следовавших по Волге, задерживали и грабили.

Поход Разина на Волгу сопровождался массовыми восстаниями крепостных крестьян в недавно закрепощённых областях Поволжья. Здесь вожаками выступали, разумеется, не сам Разин и его казаки, а местные предводители, из которых наиболее известна беглая монахиня Алёна Арзамасская. Отложились от царя и начали восстание также большие группы поволжских народов: марийцев, чувашей, мордвы.

Захватив Астрахань, Царицын, Саратов и Самару, а также ряд второстепенных крепостей, Разин не смог успешно завершить осаду Симбирска осенью 1670 г. Между тем правительство направило для подавления восстания 60-тысячное войско.3 октября 1670 г. под Симбирском правительственное войско под командованием воеводы Юрия Барятинского нанесли разинцам жестокое поражение. Степан Разин был тяжело ранен (4 октября 1670) и был вывезен преданными ему казаками на Дон, где со своими сторонниками укрепился в Кагальницком городке, из которого год назад начал свой поход.

Он рассчитывал вновь собрать своих сторонников. Однако домовитые казаки во главе с войсковым атаманом Корнилой Яковлевым, понимая, что действия Разина могут навлечь царский гнев на все казачество, 13 апреля 1671 года взяли штурмом Кагальницкий городок и после жестокого боя на следующий день пленили Разина и впоследствии выдали его царским воеводам.

Пленение и казнь

В конце апреля 1671 года Разин вместе с младшим братом Фролом (Фролкой) донскими властями был выдан царским воеводам - стольнику Григорию Косогову и дьяку Андрею Богданову, которые доставили их в Москву (2 июня). Разин был подвергнут жестоким пыткам, во время которых сохранял непоколебимое мужество. 6 июня 1671 Степан Разин после оглашения приговора был четвертован на эшафоте на Болотной площади.

Прочитали длинный приговор. Разин выслушал его спокойно, потом повернулся к церкви, поклонился на три стороны, минуя кремль с царем и сказал: "Простите". Палач сперва отрубил ему правую руку по локоть, потом левую ногу по колено. Его брат Фрол, видя мучения Степана, растерялся и закричал: "Я знаю слово и дело государево"!
"Молчи, собака!" - прохрипел Степан. Это были его последние слова: после них палач спешно отсек ему голову.

Признание помогло Фролу отсрочить казнь, которой впрочем, он в конце концов не избежал и был казнен отсечением головы на том же месте на Болотной площади в 1676 году.

Разин - герой огромного количества русских народных песен; в одних реальный образ жестокого казачьего вождя подвергается эпической идеализации и нередко смешивается с фигурой другого знаменитого казака - Ермака Тимофеевича, завоевателя Сибири, в других содержатся почти документально точные подробности восстания и биографии его предводителя.

Три песни о Стеньке Разине, стилизованные под народные, написал А. С. Пушкин. В конце XIX века популярной народной песней стало стихотворение Д. М. Садовникова "Из-за острова на стрежень", созданное на сюжет одной из легенд о Разине. По мотивам сюжета именно этой песни в 1908 году был снят первый российский художественный кинофильм "Понизовая вольница".
В. А. Гиляровским была написана поэма "Стенька Разин".

Главными причинами поражения восстания Разина явились его стихийность и низкая организованность, разрозненность действий крестьян, как правило, ограничивавшихся разгромом имения своего собственного барина, отсутствие у восставших ясноосознаваемых целей. Даже в том случае, если бы разинцам удалось одержать победу и захватить Москву (в России такого не случалось, но в других странах, например, в Китае, восставшим крестьянам несколько раз удавалось взять власть), они не смогли бы создать новое справедливое общество.

Ведь единственным образцом такого справедливого общества в их сознании был казачий круг. Но вся страна не может существовать за счет захвата и раздела чужого имущества. Любое государство нуждается в системе управления, армии, налогах. Поэтому за победой восставших неизбежно последовала бы новая социальная дифференциация. Победа неорганизованных крестьянских и казацких масс неизбежно привела бы к большим жертвам и нанесла бы значительный урон русской культуре и развитию российского государства.

В исторической науке нет единства по вопросу о том, считать ли восстание Разина крестьянско-казацким восстанием или крестьянской войной. В советское время употреблялось наименование "крестьянская война", в дореволюционный период речь шла о восстании. В последние годы вновь преобладающим является определение "восстание".

Смотреть предварительно "Логикология - о судьбе человека".

Рассмотрим таблицы кода ПОЛНОГО ИМЕНИ. \Если на Вашем экране будет смещение цифр и букв, приведите в соответствие масштаб изображения\.

17 18 27 37 51 69 88 94 110 111 125 144 154 167 182 203 209 215 218 228 252
Р А З И Н С Т Е П А Н Т И М О Ф Е Е В И Ч
252 235 234 225 215 201 183 164 158 142 141 127 108 98 85 70 49 43 37 34 24

18 37 43 59 60 74 93 103 116 131 152 158 164 167 177 201 218 219 228 238 252
С Т Е П А Н Т И М О Ф Е Е В И Ч Р А З И Н
252 234 215 209 193 192 178 159 149 136 121 100 94 88 85 75 51 34 33 24 14

РАЗИН СТЕПАН ТИМОФЕЕВИЧ = 252 = 69-КОНЕЦ + 183-ЖИЗНИ НА ЭШАФОТЕ.

252 = 201-НА ЭШАФОТЕ КОНЕЦ + 51-ЖИЗНИ.

252 = 108-ОБЕЗГЛАВЛИВАНИЕ + 144-\ 108-ОБЕЗГЛАВЛИВАНИЕ + 36-ОБЕЗГ(лавливание)\.

252 = 98-КАЗНЁННЫ\ й \ + 154-УДАРОМ ТОПОРА.

154 - 98 = 56 = КАЗНЁН, УМЕР.

252 = 84-ОБЕЗГЛАВЛЕН + 84-ОБЕЗГЛАВЛЕН + 84-ОБЕЗГЛАВЛЕН.

154 = УДАРОМ ТОПОРА
_________________________________________
108 = ОБЕЗГЛАВЛИВАНИЕ = КАЗНЁННЫЙ

176 = 68-УБИЕНИЕ + 108-ОБЕЗГЛАВЛИВАНИЕ.

Код числа полных ЛЕТ ЖИЗНИ = 76-СОРОК + 44-ОДИН = 120 = КОНЕЦ ЖИЗНИ.

252 = 120-СОРОК ОДИН, КОНЕЦ ЖИЗНИ + 132-НА ЭШАФОТЕ.

СТЕПАН РАЗИН

Всем ослушникам царской воли неблагославление и клятва от церкви, месть и казнь от синклита и государства, клятва и казнь всякому мятежнику, раскольнику любопрительному, который дерзнет противоречить деянию соборному и колебать умы людей молвами злыми, кто бы он ни был, священного ли сана или боярского, думного или воинского, гражданин или вельможа: да погибнет и память его вовеки!

Из Избирательной грамоты Бориса Годунова

Живописать все русские бунты и всех в ходе их казненных - задача трудная и неблагодарная, уж больно много было и первых и вторых, и далеко не всегда в ходе репрессий соблюдались закон и порядок. Одним словом, вешали, можно сказать, направо и налево, без суда и следствия... Однако встречаются в нашей истории личности незаурядные, которых нельзя не отметить на страницах нашего исследования.

Весь уклад Руси XVII века - свирепость законов, бесправие народа, закрепление кабалы крестьян, - все давало пищу для народного недовольства. Городки и села были обнесены бесчисленными повинностями, более того, любые народные промыслы и ремесла были обложены множеством разнообразных пошлин. Корыстолюбие воевод и произвол чиновников увеличивали тягостное положение народа.

В русском судопроизводстве все зависело от произвола властей. Осужденные или обобранные чиновниками люди бежали к вольным казакам, им сочувствовали и в них видели надежду.

В 1665 году князь Юрий Долгорукий был в походе против поляков. В его войске имелись отряды донских казаков. Наступала осень. Атаман одного из казачьих отрядов, Разин, явился к князю, ударил челом и попросил отпустить донцов на вольный Дон. Князь приказал ему остаться на службе. Никто из ратных людей не смел уходить со службы без разрешения начальника, но казаки даже на службе считали себя вольными людьми. Атаман самовольно ушел со своей станицей, но их догнали, и Долгорукий осудил атамана на смерть. У него было двое братьев. Степан, или Стенька, и Фрол, или Фролка. Они видели, как повесили старшего брата.

Неизвестно, ушел ли Стенька тотчас же или дослужил положенный срок, но в следующем году он решил не только отомстить за брата, но и задать страху всем боярам и знатным людям Московского Государства, которых казаки вообще терпеть не могли.

Стенька посадил на 4 струга свою ватагу и в апреле поплыл вверх по Дону. По пути ватага грабила богатых казаков и разоряла их дома.

Между рек Тишини и Иловни Стенька выбрал высокое место и там заложил свой стан. "Стоит Стенька на высоких буграх, а кругом его полая вода: ни пройти, ни проехать, ни проведать, сколько их там есть, ни языка поймать никак не можно, а, кажись, человек тысячу будет, а, може быть, и поболе".

В скором времени по Царицыну разнесся слух, что на Дону собираются казаки-воры и хотят перейти на Волгу, напасть на Царицын, взять там суда и поплыть вниз по Волге. Это оказалось не пустым слухом. Вскоре "воровское полчище" снялось со своего стана и перешло на Волгу. Войско Степана Разина было разделено на сотни и десятки; над сотней начальствовал сотник, над десяткой - десятник. Сам Разин был над ними атаманом.

По весне ватага Разина начала грабить караваны. Грабил атаман с причудливой жестокостью: иного без причины убьет, другого без причины пощадит; в одном месте все заберет, в другом - ничего не тронет. Добыв судовых ружей и набрав припасов, Разин направился по воде к Царицыну. Город сдался без единого выстрела. В последних числах мая Стенька направился к Яику. У него было 30 стругов и до 1300 человек войска, - хитростью он захватил Яик и казнил 170 человек. Там же он пополнил войско из местного населения, тех же, кто не хотел идти с ним, Стенька "жег огнем и заколачивал до смерти".

Морем казаки направились к берегам Дагестана. Казаки безжалостно издевались над дагестанскими татарами - сжигали села и деревни, убивали жителей, разоряли их имущество. Так достигли они Баку, здесь им удалось разорить город, перебить множество жителей, набрать пленных и потерять не более семи человек убитыми и двух ранеными. Тем временем в Персии построили флот, чтобы утихомирить Стеньку.

Завязалась битва. Персидские суда были потоплены и взяты в плен, только три судна ушли с ханом, но казаки полонили его сына и красавицу дочь. Стенька взял себе в жены царевну-персиянку. Однако победа досталась казакам нелегко - в морской битве около 500 человек были убиты. Нужно было возвращаться на Дон. Казаки возвращались по Волге обратно через Астрахань. Астраханское начальство готовилось встретить казаков гораздо милостивее, чем следовало по заслугам.

Воеводы заранее выправили от имени царя грамоту, которая давала прощение казакам, если они принесут повинную. Получалось так, что Стенька некоторым образом отплатил Персии за оскорбления, нанесенные России, Россия же не нарушила соглашения с Персией, а разорение ее берегов свалила на своевольных казаков. Стенька с верными своими сподвижниками прибыл в Астрахань и в приказной избе положил, в знак послушания, свой бунчук - символ власти.

Казаки отдали властям пять медных и 16 железных пушек, отдали ханского сына, одного персидского офицера и трех персидских вельмож.

Сказания говорят, что Стенька, в порыве своей преданности великому государю, говорил, что казаки преподносят его царскому величеству острова, которые завоевали саблей у персидского шаха.

Отправившись на Дон, Разин выбрал место между Кагальницкой и Ведерниковской станицами, на острове. Там устроил он городок Кагальник и приказал обнести его земляным валом. Казаки построили себе земляные избы.

Повсюду разнеслась молва о его славе; отовсюду бежала к нему голытьба; бежали к нему казаки верховных станиц и с Волги гулящие люди; дошла его слава и до Украины. Через месяц в войске его было 2700 человек. Он был щедр и приветлив, оделял бедных и голодных. Его называли батюшкой, считали колдуном, верили в его ум, силу и счастье.

Он никого не грабил, и это было гораздо страшнее. "И приказывает Стенька своим казакам беспрестанно, чтоб они были готовы, а какая у него мысль, про то казаки ведают, но молчат". Стенька говорил, что настало время идти против бояр, и звал войско с собой на Волгу. Бояр ненавидели многие, но имя царя было священным. Стенька пошел дальше всех - он сделался врагом церкви.

"На что нужны церкви? К чему вам попы? - говорил Стенька. - Да не все ли равно: станьте в паре подле дерева да попляшите вокруг него - вот и повенчались!"

В мае Стенька поплыл вверх по Дону к Царицыну и взял его штурмом.

Горожанам он говорил: "Мы бьемся против изменников-бояр, за великого государя!" Астраханские воеводы начали собирать войско против бунтовщика. На этот раз в войске у Разина было уже от 8 до 10 тысяч сабель.

Как возговорит Стенька ко товарищам своим:

"Уж и чтой-то это, братцы,

Мне тошным-тошно,

Мне сегодняшний денек

Да грустненько?

Уж я в Астрахань зайду -

Выжгу, вырублю,

Астраханского воеводу

Я под суд возьму".

Стенька приближался к Астрахани, и зловещими предзнаменованиями грозила природа. Пошли проливные дожди с градом; наступил холод, а в небе радужным цветом играли три столпа - наверху их были круги, наподобие венцов.

"Быть беде! Быть гневу Божию!" - говорили люди.

С помощью астраханских предателей Стенька без потерь взял город Астрахань. 441-го человека приказал казнить Разин, одних рубили мечом, других бердышами, иных закалывали копьями. Мимо церкви до самой приказной избы текла рекой кровь человеческая.

Астрахань была обращена в казачество, жителей Разин заставил совершить обряд присяги "великому государю и атаману Степану Тимофеевичу, войску служить и изменников выводить".

Следующей добычей Разина стал Саратов. Таким образом в первых числах сентября Стенька дошел до Симбирска.

Агенты Разина рассеялись по Московскому Государству, достигали они берегов Белого моря, прокрадывались в столицу. В своих воззваниях и речах Стенька извещал, что идет истребить бояр, дворян, приказных людей, искоренить всякую власть, установить во всей Руси казачество и учинить так, чтоб всяк всякому был равен.

Поправший церковь и верховную власть, Разин тем не менее сознавал, что в русском народе к ним сохраняется уважение, и решил прикрыться личиной этого уважения. Он изготовил два судна: одно было покрыто красным, другое - черным бархатом. О первом он распространил слух, будто в нем находится сын Алексея Михайловича, царевич Алексей, умерший в том же году 17 января, якобы убежавший от злобы бояр.

В другом судне находился низверженный патриарх Никон. Под Симбирском Стенька впервые потерпел поражение. Это уронило его в глазах народа. В продолжении зимы мятеж Разина был задушен воеводами. Неизвестны подробности ареста атамана. В государевых грамотах говорится об этом по-разному: в одной - что Стенька был связан цепью железной донскими казаками, которые выдали его царским войскам "от злоб своих", в другой - что Стенька был схвачен обманом.

Стенька и Фролка были привезены в Черкаск. Предание говорит, что казаки очень боялись, чтоб Стенька не ушел из неволи: уверяли, что он был чернокнижник; никакая тюрьма не удержала бы его, никакое железо не устояло бы против ведовства. Поэтому его сковали освященною цепью и содержали в церковном притворе, надеясь, что только сила святыни уничтожит его волшебство. В конце апреля обоих удалых братьев повезли в Москву.

4 июня по Москве распространилась весть, что казаки везут Стеньку. Толпы народа посыпали за город смотреть на чудовище, имя которого столько времени не сходило с уст всего русского люда. За несколько верст от столицы поезд остановился. Стенька все еще был одет в свое богатое платье; там с него сняли богатые одежды и одели в лохмотья. Из Москвы привезли большую телегу с виселицей. Тогда Стеньку поставили на телегу и привязали цепью за шею к перекладине виселицы, а руки и ноги прикрепили цепями к телеге. За телегою должен был бежать, как собака, Фролка, привязанный цепью за шею к телеге.

В такой триумфальной колеснице въехал атаман воровских казаков в столицу московского государя, которую он грозил сжечь дотла. Он следовал с хладнокровным видом, опустив глаза, как бы стараясь скрыть, что у него было на душе. Одни смотрели на него с ненавистью, другие - с состраданием. Без сомнения, были и такие, кто желали бы иного въезда этому человеку, бывшему столько времени идолом черни.

Их привезли прямо в Земский приказ, и тотчас начали допрос. Стенька молчал. Его повели на пытку. Первой пыткой был кнут - толстая ременная полоса в палец толщиной и в пять локтей длиною. Преступнику связывали назад руки и поднимали вверх, потом связывали ремнем ноги; один палач садился на ремень и вытягивал тело так, что руки выходили из суставов и становились вровень с головою, а другой палач бил по спине жертвы кнутом. Тело вздувалось, лопалось, открывались язвы, как от ножа. Стенька получил таких ударов около сотни, и уж, конечно, палач не оказывал сострадания к такому подсудимому. Но Стенька не испустил стона. Все, стоявшие около него, дивились его выдержке.

Тогда ему связали руки и ноги, продели сквозь них бревно и положили на горящие уголья. Стенька молчал.

Тогда по избитому, обожженному телу начали водить раскаленным железом. Стенька молчал.

Ему дали роздых и принялись за Фролку. Более слабый, он от боли начал вопить. "Экая ты баба! - сказал Стенька. - Вспомни наше прежнее житье; долго мы прожили со славой, повелевали тысячами людей: надобно теперь бодро переносить и несчастье. Что, это разве больно? Словно баба уколола!"

Стеньку принялись мучить другой пыткой. Ему обрили макушку и оставили виски. "Вот как! - сказал Стенька брату. - Слыхали мы, что ученым людям венцы на голову кладут, а мы, брат, с тобой простаки, да нам такую почесть воздают!" Ему начали лить на макушку по капле холодной воды. Это было мучение, против которого никто не мог устоять; самые твердые натуры теряли присутствие духа. Стенька вытерпел и эту муку и не издал ни одного звука.

Все тело его представляло безобразную, багровую массу волдырей. С досады, что его ничто не донимает, начали Стеньку колотить со всего размаха по ногам. Стенька молчал.

Предание говорит, что, сидя в темнице и дожидаясь последних смертных мучений, Стенька сложил песню и теперь повсюду известную, в которой он, как бы в знамение своей славы, завещал похоронить его на распутье трех дорог земли русской:

"Схороните меня, братцы, между трех дорог:

Меж московской, астраханской, славной киевской;

В головах моих поставьте животворный крест,

Во ногах мне положите саблю вострую.

Кто пройдет, или проедет - остановится,

Моему ли животворному кресту помолится,

Моей сабли, моей вострой испужается:

Что лежит тут вор удалый добрый молодец,

Стенька Разин Тимофеев по прозванию!"

6 июня 1671 года его вывели на лобное место вместе с братом. Множество народа стеклось на кровавое зрелище. Прочитали длинный приговор, где изложены были все преступления обвиненных. Стенька слушал спокойно, с гордым видом. По окончании чтения палач взял его под руки. Стенька обратился к церкви Покрова Пресвятой Богородицы (Василия Блаженного), перекрестился, потом поклонился на все четыре стороны и сказал: "Простите!"

Его положили между двух досок. Палач отрубил ему сначала правую руку по локоть, потом левую ногу по колено. Стенька при этих страданиях не издал ни одного стона, не показал знака, что чувствует боль. Он, по словам современника, как будто хотел показать народу, что мстит гордым молчанием за свои муки, за которые не в силах уже отомстить оружием. Ужасные истязания брата окончательно лишили мужества Фролку, видевшего то, что ожидало его самого через несколько минут. "Я знаю слово государево!" - закричал он.

"Молчи, собака!" - сказал ему Стенька.

То были последние его слова. Палач отрубил ему голову. Его туловище рассекли на части и насадили на колья, как и голову, а внутренности бросили собакам на съедение.

Н.И.Костомаров

В апреле казаки поплыли из Черкасска к Кагальницкому городку; 14 апреля сожгли его до основания и, по войсковому суду, перевешали всех до единого сообщников Стеньки, исключая самого атамана и брата его Фролки. Вероятно, в числе умерщвленных были и их семейства, которые тогда находились в Кагальнике. Неизвестны подробности взятия Стеньки. В государевых грамотах говорится о нем розно; в одной - что Кагальник взят приступом; в другой, что Стенька был связан ужем железным от донских казаков, которые обратились от злоб своих.

Современные иностранцы и малороссийская летопись говорят, что Стенька взят был обманом. Корнило Яковлев был его крестный отец, и Стенька имел к нему уважение: это объясняет несколько, почему Стенька щадил этого старика во время своей силы, когда, как кажется, мог его низвергнуть. Корнило подступил к Кагальнику и вступил с ним в переговоры.

- Ты в опасности, - говорил он, - тебя или убьют, или выдадут. Дело твое пропало. Ты уже не в силах противостать могуществу царя. Принеси-ка лучше повинную и проси помилования. Я получил от великого государя грамоту о том, что он прощает тебя и желает тебя видеть в Москве. Поедем вместе; там ты расскажешь, какие обиды тебя искусили на воровство.

Стенька мало верил таким убеждениям, но повиновался из отчаяния, потому что дело его было окончательно проиграно, а жизнью он не дорожил. Корнило сначала оставил его на свободе, но потом заковал в кандалы вместе с братом. Стенька, говорит современник, не надеялся подобного поступка от лица, ему столь близкого; но тот, кто был вероломным против своего законного государя, не заслуживал ничего лучшего.

Стенька и Фролка были привезены в Черкасск. Предание говорит, что казаки очень боялись, чтоб Стенька не ушел из неволи: на то он был чернокнижник, никакая тюрьма не удержала бы его, никакое железо не устояло бы против его ведовства.

Поэтому его сковали освященною цепью и содержали в церковном притворе, надеясь, что только сила святыни уничтожит его волшебство. (Рассказывают, будто в Черкасске до сих пор сохраняется эта освященная цепь в кладовой при соборе.) В конце апреля обоих удалых братьев повезли в Москву. Сам Кормило Яковлев провожал их с другим значным казаком, Михаилом Самарениным и с конвоем. В их обозе отправляли трех драгоценных персидских аргамаков, которых везли некогда на бусе, ограбленной Стенькою во время его возвращения из персидского похода. Вместе с ними казаки возвращали царю три золотые ковра, взятые на той же бусе и принадлежавшие, поэтому, царской казне.

Фролка был от природы тихого нрава и затосковал.

- Вот, брат, это ты виною нашим бедам, - говорил он с огорчением.

Стенька отвечал:

- Никакой беды нет. Нас примут почестно: самые большие господа выйдут на встречу посмотреть на нас.

4-го июня распространилась в Москве весть, что казаки везут Стеньку. Толпы народа посыпали за город смотреть на чудовище, которого имя столько времени не сходило с уст всего русского люда. За несколько верст от столицы поезд остановился. Стенька был еще одет в свое богатое платье; с него сняли его и одели в лохмотья. Из Москвы привезли большую телегу с виселицею. Тогда Стеньку поставили на телегу и привязали цепью за шею к перекладине виселицы, а руки и ноги прикрепили цепями к телеге. За телегою должен был бежать, как собака, Фролка, привязанный цепью за шею к окраине телеги.

В такой триумфальной колеснице въехал атаман воровских казаков в столицу московского государя, у которого он грозил сжечь дела. Он следовал с хладнокровным видом, опустив глаза, как бы стараясь, чтоб никто не прочитал, что у него было на душе. Одни смотрели на него с ненавистью, другие - с состраданием. Без сомнения, были еще такие, что желали бы иного въезда этому человеку, бывшему столько времени идолом черни.

Их привезли прямо в земский Приказ, и тотчас начали допрос. Стенька молчал.

Его повели к пытке. Первая пытка была кнут - толстая ременная полоса в палец толщиною и в пять локтей длиною. Преступнику связывали назад руки и поднимали вверх, потом связывали ремнем ноги; палач садился на ремень и вытягивал тело так, что руки выходили из суставов и становились вровень с головою, а другой палач бил по спине кнутом. Тело вздувалось, лопалось, открывались язвы, как от ножа. Уже Стенька получил таких ударов около сотни, и уж, конечно, палач не оказывал сострадания к такому подсудному. Но Стенька не испустил стона. Все стоявшие около него дивились.

Тогда ему связали руки и ноги, продели сквозь них бревно и положили на горящие уголья. Стенька молчал.

Тогда по избитому, обожженному телу начали водить раскаленным железом. Стенька молчал.

Ему дали роздых. Принялись за Фролку. Более слабый, он начал испускать крики и вопли от боли.

- Экая ты баба! - сказал Стенька. - Вспомни наше прежнее житье; долго мы прожили со славою; повелевали тысячами людей: надобно ж теперь бодро переносить й несчастие. Что, это разве больно? Словно баба уколола!

Стеньку принялись пытать еще одним родом мучений. Ему обрили макушку и оставили виски.

- Вот как! - сказал Стенька брату: - слыхали мы, что в попы ученых людей ставят, а мы, брат, с тобой простаки, а и нас постригли.

Ему начали лить на макушку по капле холодной воды. Это было мучение, против которого никто не мог устоять; самые твердые натуры теряли присутствие духа. Стенька вытерпел и эту муку, и не произнес ни одного стона.

Все тело его представляло безобразную багровую массу волдырей. С досады, что его ничто не донимает, начали Стеньку колотить со всего размаху по ногам. Молчал Стенька.

Перенесши все страдания, не высказав ни одного слова, Стенька не мог быть обвинен собственным сознанием (говорит современник); только очевидное и гласное преступление не затруднило приговорить его к смерти.

Предание говорит, что, сидя в темнице и дожидаясь последних смертных мучений, Стенька сложил песню и теперь повсюду известную, где он как бы в знамение своей славы, завещает похоронить себя на распутии трех дорог Земли русской.

Схороните меня, братцы, между трех дорог:

Меж московской, астраханской, славной киевской;

В головах моих поставьте животворный крест,

В ногах мне положите саблю вострую.

Кто пройдет или проедет - остановится,

Моему ли животворному кресту помолится,

Моей сабли, моей вострой испужается:

Что лежит тут вор удалый добрый молодец,

Стенька Разин, Тимофеев по прозванию!

6 июня его вывели на лобное место вместе с братом. Множество народа стеклось на кровавое зрелище. Прочитали длинный приговор, где изложены были все преступления обвиненных. Стенька слушал спокойно, с гордым видом. По окончании чтения палач взял его под руки. Стенька обратился к церкви Покрова Пресвятые Богородицы (Василия Блаженного), перекрестился, потом поклонился на все четыре стороны и сказал: "простите!"

Казнь Степана Разина. Картина С. Кириллова, 1985-1988

Его положили между двух досок. Палач отрубил ему сначала правую руку по локоть, потом левую ногу по колено, Стенька при этих страданиях не издал ни одного стона, не показал знака, что чувствует боль. Он (говорит современник) как будто хотел показать народу, что мстит гордым молчанием за свои муки, за которые не в силах уже отмстить оружием. Ужасное зрелище истязаний над братом окончательно лишило последнего мужества Фролку, видевшего то, что ожидало его самого через несколько минут.

- Я знаю слово государево! - закричал он.

- Молчи, собака! - сказал ему Стенька.

То были последние его слова. Палач отрубил ему голову. Его туловище рассекли на части и воткнули на колья, как и голову, а внутренности бросили собакам на съедение.

Для Фролки казнь была отсрочена. Его подвергли снова допросу. Он сказал:

- От большой пытки я не пришел в память и не высказал всего, а теперь опамятовался и скажу все, что у меня в памяти. Были у моего брата воровские письма, присланные откуда ни на есть, и эти всякие бумаги он зарыл в землю для того, что как в доме у него никого не было, то он собрал их в денежный кувшин, засмолил и зарыл в землю на острове, на реке Дону, на урочище Прорве, под вербою, а эта верба посередине крива, а около ней густые вербы; а около острова будет версты две или три.

Да еще за два дня до прихода Корнилы Яковлева Степан, брат, посылал меня в Царицын взять его рухлядь у посадского человека Дружинки Потапова; говорил он, что у него есть костяной город, образцом сделан будто Цареград... Подлинно не знаю, у кого взял он его: у князя ли Семена, либо у Кизил-баша, только Стенька велел взять этот город, да сундук с платьем.

Впоследствии, в сентябре того же года, казацкий атаман с выборными казаками ездили искать этих писем на острове, пробовали землю щупами и ничего не нашли. Современные иностранцы говорят, что Фрол получил жизнь и осужден на вечное тюремное заточение.

Как бывало мне, ясну соколу, да времечко:

Я летал млад-ясен сокол по поднебесью,

Я бил-побивал гусей-лебедей,

Еще бил-побивал мелку пташечку.

Как, бывало, мелкой пташечке пролету нет.

А нонеча мне, ясну-соколу, время нет.

Сижу я, млад-ясен сокол, во поимане,

Я во той ли во золотой во клеточке,

Во клеточке на жестяной на шесточке.

У сокола ножки спутаны,

На ноженьках путочки шелковые,

Занавесочки на глазыньках жемчужные!

Как бывало мне, добру-молодцу, да времечко:

Я ходил, гулял, добрый молодец, по синю морю,

Уж я бил-разбивал суда-корабли,

Я татарские, персидские, армянские.

Еще бил-разбивал легки лодочки:

Как бывало легким лодочкам проходу нет;

А нонеча мне, добру-молодцу, время нет!

Сижу я, добрый молодец, во поимане,

Я во той ли во злодейке земляной тюрьме.

У добра-молодца ноженьки сокованы,

На ноженьках оковушки немецкия,

На рученьках у молодца замки затюремные,

А на шеюшке у молодца рогатки железныя.

Корнило Яковлев и Михайло Самаренин возвратились на Дон, вместе с стольником Косаговым, который вез казакам милостивую грамоту, хлебные и пушечные запасы и денежное жалованье. Очень обрадовались казаки хлебным запасам, потому что у них был тогда неурожай, а недавние смуты вовсе не благоприятствовали успехам земледелия. Казачество встретило послов за пять верст от Черкасска. Войсковым атаманом был тогда Логин Семенов.

Когда, по обычаю, был собран круг, Косагов сообщил, что атаманы Корнило Яковлев и Михайло Самаренин в Москве дали за все казачество обещание принести присягу на верность государю. Только домовитые и значные казаки согласились без отговорок; люди молодые и незнатные, большею частью прежние приверженники Стеньки, приняли такое требование неохотно.

- Мы (они говорили) рады служить великому государю и без крестного целования, а креста целовать нечего.

Молодцы еще считали себя не подданными, а вольными людьми, служащими царю не по обязанности, а по охоте. Но партия старейших взяла верх. Три круга собирались один за другим. На третьем круге старшие проговорили:

- Даем великому государю обещание учинить пред святым евангелием, целым войском, а кто из нас на обещание не пойдет, того казнить смертью по воинскому праву нашему, и пограбить его животы; а пока не принесут все обещания, положим крепкий заказ во всех куренях не продавать ни вина, ни другого питья, и кто к обещанию пойдет пьян, такому человеку, как и продавцу вина, учиним жестокое наказание.

29 августа черный священник Боголеп привел к присяге атаманов и прочих казаков по чиновной книге, перед стольником и дьяком.

- Теперь, - сказал после того стольник, - атаманы и казаки! сослужите великому государю верную службу: идите со всем войском под Астрахань против оставшихся там единомышленников Стеньки.

- Радостными сердцами пойдем под Астрахань и будем служить великому государю! - отвечали казаки.

А между тем остатки приверженцев казненного Стеньки, спасшиеся от бойни их братья в Кагальнике, под знаменем Алешки Каторжного, в отчаянии бежали в Астрахань, грустно запевая:

Помутился славный-тихий Дон

От Черкасска до Черного моря!

Помешался весь казачий круг!

Атамана боле нет у нас,

Нет Степана Тимофеевича,

По прозванию Стеньки Разина!

Поимали добра-молодца,

Завязали руки белыя,

Повезли во каменну Москву,

И на славной Красной площади

Отрубили буйну голову!

http://rushist.com/index.php/kostomarov-razin/1212-kazn-razina

Попробуйте инструмент: Чек-лист вещей в поездку. Отмечайте собранное: документы, одежда, аптечка, техника. Список сохраняется в браузере.

(продолжение)

В апреле казаки поплыли из Черкасска к Кагальницкому городку; 14 апреля сожгли его до основания и, по войсковому суду, перевешали всех до единого сообщников Стеньки, исключая самого атамана и брата его Фролки. Вероятно, в числе умерщвленных были и их семейства, которые тогда находились в Кагальнике. Неизвестны подробности взятия Стеньки. В государевых грамотах говорится о нем розно; в одной - что Кагальник взят приступом; в другой, что Стенька был связан ужем железным от донских казаков, которые обратились от злоб своих. Современные иностранцы и малороссийская летопись говорят, что Стенька взят был обманом.

Корнило Яковлев был его крестный отец, и Стенька имел к нему уважение: это объясняет несколько, почему Стенька щадил этого старика во время своей силы, когда, как кажется, мог его низвергнуть. Корнило подступил к Кагальнику и вступил с ним в переговоры.

- Ты в опасности, - говорил он, - тебя или убьют, или выдадут. Дело твое пропало. Ты уже не в силах противостать могуществу царя. Принеси-ка лучше повинную и проси помилования. Я получил от великого государя грамоту о том, что он прощает тебя и желает тебя видеть в Москве. Поедем вместе; там ты расскажешь, какие обиды тебя искусили на воровство.

Стенька мало верил таким убеждениям, но повиновался из отчаяния, потому что дело его было окончательно проиграно, а жизнью он не дорожил. Корнило сначала оставил его на свободе, но потом заковал в кандалы вместе с братом. Стенька, говорит современник, не надеялся подобного поступка от лица, ему столь близкого; но тот, кто был вероломным против своего законного государя, не заслуживал ничего лучшего.

Стенька и Фролка были привезены в Черкасск. Предание говорит, что казаки очень боялись, чтоб Стенька не ушел из неволи: на то он был чернокнижник, никакая тюрьма не удержала бы его, никакое железо не устояло бы против его ведовства.

Поэтому его сковали освященною цепью и содержали в церковном притворе, надеясь, что только сила святыни уничтожит его волшебство. (Рассказывают, будто в Черкасске до сих пор сохраняется эта освященная цепь в кладовой при соборе.) В конце апреля обоих удалых братьев повезли в Москву. Сам Кормило Яковлев провожал их с другим значным казаком, Михаилом Самарениным и с конвоем. В их обозе отправляли трех драгоценных персидских аргамаков, которых везли некогда на бусе, ограбленной Стенькою во время его возвращения из персидского похода. Вместе с ними казаки возвращали царю три золотые ковра, взятые на той же бусе и принадлежавшие, поэтому, царской казне.

Фролка был от природы тихого нрава и затосковал.

- Вот, брат, это ты виною нашим бедам, - говорил он с огорчением.

Стенька отвечал:

- Никакой беды нет. Нас примут почестно: самые большие господа выйдут на встречу посмотреть на нас.

4-го июня распространилась в Москве весть, что казаки везут Стеньку. Толпы народа посыпали за город смотреть на чудовище, которого имя столько времени не сходило с уст всего русского люда. За несколько верст от столицы поезд остановился. Стенька был еще одет в свое богатое платье; с него сняли его и одели в лохмотья. Из Москвы привезли большую телегу с виселицею. Тогда Стеньку поставили на телегу и привязали цепью за шею к перекладине виселицы, а руки и ноги прикрепили цепями к телеге. За телегою должен был бежать, как собака, Фролка, привязанный цепью за шею к окраине телеги.

В такой триумфальной колеснице въехал атаман воровских казаков в столицу московского государя, у которого он грозил сжечь дела. Он следовал с хладнокровным видом, опустив глаза, как бы стараясь, чтоб никто не прочитал, что у него было на душе. Одни смотрели на него с ненавистью, другие - с состраданием. Без сомнения, были еще такие, что желали бы иного въезда этому человеку, бывшему столько времени идолом черни.

Их привезли прямо в земский Приказ, и тотчас начали допрос. Стенька молчал.

Его повели к пытке. Первая пытка была кнут - толстая ременная полоса в палец толщиною и в пять локтей длиною. Преступнику связывали назад руки и поднимали вверх, потом связывали ремнем ноги; палач садился на ремень и вытягивал тело так, что руки выходили из суставов и становились вровень с головою, а другой палач бил по спине кнутом. Тело вздувалось, лопалось, открывались язвы, как от ножа. Уже Стенька получил таких ударов около сотни, и уж, конечно, палач не оказывал сострадания к такому подсудному. Но Стенька не испустил стона. Все стоявшие около него дивились.

Тогда ему связали руки и ноги, продели сквозь них бревно и положили на горящие уголья. Стенька молчал.

Тогда по избитому, обожженному телу начали водить раскаленным железом. Стенька молчал.

Ему дали роздых. Принялись за Фролку. Более слабый, он начал испускать крики и вопли от боли.

- Экая ты баба! - сказал Стенька. - Вспомни наше прежнее житье; долго мы прожили со славою; повелевали тысячами людей: надобно ж теперь бодро переносить й несчастие. Что, это разве больно? Словно баба уколола!

Стеньку принялись пытать еще одним родом мучений. Ему обрили макушку и оставили виски.

- Вот как! - сказал Стенька брату: - слыхали мы, что в попы ученых людей ставят, а мы, брат, с тобой простаки, а и нас постригли.

Ему начали лить на макушку по капле холодной воды. Это было мучение, против которого никто не мог устоять; самые твердые натуры теряли присутствие духа. Стенька вытерпел и эту муку, и не произнес ни одного стона.

Все тело его представляло безобразную багровую массу волдырей. С досады, что его ничто не донимает, начали Стеньку колотить со всего размаху по ногам. Молчал Стенька.

Перенесши все страдания, не высказав ни одного слова, Стенька не мог быть обвинен собственным сознанием (говорит современник); только очевидное и гласное преступление не затруднило приговорить его к смерти.

Предание говорит, что, сидя в темнице и дожидаясь последних смертных мучений, Стенька сложил песню и теперь повсюду известную, где он как бы в знамение своей славы, завещает похоронить себя на распутии трех дорог Земли русской.

Схороните меня, братцы, между трех дорог:
Меж московской, астраханской, славной киевской;
В головах моих поставьте животворный крест,
В ногах мне положите саблю вострую.
Кто пройдет или проедет - остановится,
Моему ли животворному кресту помолится,
Моей сабли, моей вострой испужается:
Что лежит тут вор удалый добрый молодец,
Стенька Разин, Тимофеев по прозванию!

6 июня его вывели на лобное место вместе с братом. Множество народа стеклось на кровавое зрелище. Прочитали длинный приговор, где изложены были все преступления обвиненных. Стенька слушал спокойно, с гордым видом. По окончании чтения палач взял его под руки. Стенька обратился к церкви Покрова Пресвятые Богородицы (Василия Блаженного), перекрестился, потом поклонился на все четыре стороны и сказал: "простите!"

Казнь Степана Разина. Картина С. Кириллова , 1985-1988

Его положили между двух досок. Палач отрубил ему сначала правую руку по локоть, потом левую ногу по колено, Стенька при этих страданиях не издал ни одного стона, не показал знака, что чувствует боль. Он (говорит современник) как будто хотел показать народу, что мстит гордым молчанием за свои муки, за которые не в силах уже отмстить оружием. Ужасное зрелище истязаний над братом окончательно лишило последнего мужества Фролку, видевшего то, что ожидало его самого через несколько минут.

- Я знаю слово государево! - закричал он.

- Молчи, собака! - сказал ему Стенька.

То были последние его слова. Палач отрубил ему голову. Его туловище рассекли на части и воткнули на колья, как и голову, а внутренности бросили собакам на съедение.

Для Фролки казнь была отсрочена. Его подвергли снова допросу. Он сказал:

- От большой пытки я не пришел в память и не высказал всего, а теперь опамятовался и скажу все, что у меня в памяти. Были у моего брата воровские письма, присланные откуда ни на есть, и эти всякие бумаги он зарыл в землю для того, что как в доме у него никого не было, то он собрал их в денежный кувшин, засмолил и зарыл в землю на острове, на реке Дону, на урочище Прорве, под вербою, а эта верба посередине крива, а около ней густые вербы; а около острова будет версты две или три.

Да еще за два дня до прихода Корнилы Яковлева Степан, брат, посылал меня в Царицын взять его рухлядь у посадского человека Дружинки Потапова; говорил он, что у него есть костяной город, образцом сделан будто Цареград... Подлинно не знаю, у кого взял он его: у князя ли Семена, либо у Кизил-баша, только Стенька велел взять этот город, да сундук с платьем.

Впоследствии, в сентябре того же года, казацкий атаман с выборными казаками ездили искать этих писем на острове, пробовали землю щупами и ничего не нашли. Современные иностранцы говорят, что Фрол получил жизнь и осужден на вечное тюремное заточение.

Как бывало мне, ясну соколу, да времечко:
Я летал млад-ясен сокол по поднебесью,
Я бил-побивал гусей-лебедей,
Еще бил-побивал мелку пташечку.
Как, бывало, мелкой пташечке пролету нет.
А нонеча мне, ясну-соколу, время нет.
Сижу я, млад-ясен сокол, во поимане,
Я во той ли во золотой во клеточке,
Во клеточке на жестяной на шесточке.
У сокола ножки спутаны,
На ноженьках путочки шелковые,
Занавесочки на глазыньках жемчужные!
Как бывало мне, добру-молодцу, да времечко:
Я ходил, гулял, добрый молодец, по синю морю,
Уж я бил-разбивал суда-корабли,
Я татарские, персидские, армянские.
Еще бил-разбивал легки лодочки:
Как бывало легким лодочкам проходу нет;
А нонеча мне, добру-молодцу, время нет!
Сижу я, добрый молодец, во поимане,
Я во той ли во злодейке земляной тюрьме.
У добра-молодца ноженьки сокованы,
На ноженьках оковушки немецкия,
На рученьках у молодца замки затюремные,
А на шеюшке у молодца рогатки железныя.

Корнило Яковлев и Михайло Самаренин возвратились на Дон, вместе с стольником Косаговым, который вез казакам милостивую грамоту, хлебные и пушечные запасы и денежное жалованье. Очень обрадовались казаки хлебным запасам, потому что у них был тогда неурожай, а недавние смуты вовсе не благоприятствовали успехам земледелия. Казачество встретило послов за пять верст от Черкасска. Войсковым атаманом был тогда Логин Семенов.

Когда, по обычаю, был собран круг, Косагов сообщил, что атаманы Корнило Яковлев и Михайло Самаренин в Москве дали за все казачество обещание принести присягу на верность государю. Только домовитые и значные казаки согласились без отговорок; люди молодые и незнатные, большею частью прежние приверженники Стеньки, приняли такое требование неохотно.

- Мы (они говорили) рады служить великому государю и без крестного целования, а креста целовать нечего.

Молодцы еще считали себя не подданными, а вольными людьми, служащими царю не по обязанности, а по охоте. Но партия старейших взяла верх. Три круга собирались один за другим. На третьем круге старшие проговорили:

- Даем великому государю обещание учинить пред святым евангелием, целым войском, а кто из нас на обещание не пойдет, того казнить смертью по воинскому праву нашему, и пограбить его животы; а пока не принесут все обещания, положим крепкий заказ во всех куренях не продавать ни вина, ни другого питья, и кто к обещанию пойдет пьян, такому человеку, как и продавцу вина, учиним жестокое наказание.

29 августа черный священник Боголеп привел к присяге атаманов и прочих казаков по чиновной книге, перед стольником и дьяком.

- Теперь, - сказал после того стольник, - атаманы и казаки! сослужите великому государю верную службу: идите со всем войском под Астрахань против оставшихся там единомышленников Стеньки.

- Радостными сердцами пойдем под Астрахань и будем служить великому государю! - отвечали казаки.

А между тем остатки приверженцев казненного Стеньки, спасшиеся от бойни их братья в Кагальнике, под знаменем Алешки Каторжного, в отчаянии бежали в Астрахань, грустно запевая:

Помутился славный-тихий
Дон от Черкасска до Черного моря!
Помешался весь казачий круг!
Атамана боле нет у нас,
Нет Степана Тимофеевича,
По прозванию Стеньки Разина!
Поимали добра-молодца,
Завязали руки белыя,
Повезли во каменну Москву,
И на славной Красной-площади
Отрубили буйну голову!